Category: технологии

Category was added automatically. Read all entries about "технологии".

НарЖурТВ, НарЖур, НарЖур ТВ, Народный Журналист, сайт народный журналист

(no subject)

ИННОВАЦИИ, СЕВЕРНАЯ КОРЕЯ И «СОВЕТСКИЙ ПУТЬ»

В прошлом посте , посвященном вопросу о возможности создания высокотехнологичного и инновационного производства в современном мире, было сказано, что, наверное, единственная страна, которая не вписывается в общемировую тенденцию деиндустриализации и деградации – это Северная Корея. Нет, конечно, есть еще Китай, но успешное положение Китая выглядит хоть как-то объяснимым тем, что эта страна очень большая и многолюдная. (Хотя, понятно, что это – не объяснение, но для большинства его хватает.)
КНДР же – государство маленькое, полезными ископаемыми не изобилующее, и вообще, бедное. Бедное настолько, что еще недавно – в 1990 годы – оно испытывало голод, победить который удалось только благодаря международной помощи. Правда, при этом выглядит довольно странно, что до 1990 годов никакого голода в данной стране не было. (Более того – в 1960-1980 года КНДР прекрасно развивалась, пока не случились известные события в СССР.) Но это уже несколько иная история. Поскольку, все равно, признать развитой и богатой страной данное государство невозможно.

Тем не менее, именно КНДР может рассматриваться, как государство, которое смогло собственными силами реализовать ракетную и ядерную программу, а так же – программу космическую. (Правда, последняя есть прямое следствие первой: спутники в данном случае выводятся модернизированной версией баллистических ракет.) Впрочем, только этими двумя (тремя) отраслями достижения Северной Кореи не исчерпываются, поскольку национальное производство тут охватывает огромное множество самых разнообразных высокотехнологичных изделий – начиная с планшетов и смартфонов, и заканчивая металлорежущими станками. Причем – не просто станками, а станками с ЧПУ и даже обрабатывающими центрами. (Которые, до принятия «международных санкций» против Северной Кореи, успешно продавались в РФ.)

* * *
Подобное количество технических успехов при совершенно неблагоприятной международной ситуации – то есть, при условии, когда получение технологий извне затруднено – выглядит довольно странно. Даже при учете «китайского фактора» — т.е., того, что КНР относится к КНДР достаточно благосклонно, и даже «подкидывает» ей какие-то «вкусняшки». Поскольку, во-первых, понятно, что полноценная передача технологий в данном случае невозможна. Так как сложные современные технологии – это не пресловутый листок с зарисованной принципиальной схемкой, и даже не пара десятков папок с чертежами и технологическими картами, а множество сложнейших операций, для которых надо настраивать множество параметров. Именно поэтому персонал гораздо более развитых стран вынужден, например, ездить на разного рода семинары и обучения только для того, чтобы освоить элементарные приемы работы с оборудованием. (И да – оборудование так же надо ввозить – что не так-то и просто.)

Ну, а во-вторых – сама необходимость Китаю получения «под боком» ядерно-ракетной державы, пускай и лояльной, но ведущей самостоятельную политику, так же довольно сомнительна. То есть, то же производство планшетов КНР, понятное дело, может помочь отладить. Но вот производство ракетного и ядерного оружия – вряд ли. (Кстати, и «генезис» той же северокорейской ракетной программы восходит, скорее, к советским образцам полувековой давности, а не к китайским разработкам.) Таким образом, все тяготы создания, как минимум, ракетно-ядерных технологий лежат целиком на самой КНДР. Которая – см. выше – бедная и слаборазвитая, по крайней мере, с т.з. современного Запада. И значит, создавать подобные вещи не может в принципе. Тут даже «советско-китайскую модель», которой этот самый Запад объясняет появление подобных технологий в СССР и КНР, и которая основывается на концепции «использования рабского труда заключенных и крепостных крестьян», применить не получится: в КНДР слишком мало и тех, и других.

Таким образом, следует или признать, что никаких ракет и ядерных бомб у Ким Чен Ына нет. (Что неверно.) Или же – следует искать другие, работающие модели. К счастью, с последними проблем нет. Втом смысле, что мы в РФ – в отличие от Запада – имеем более объективное представление о том, на чем основывался высокий инновационный потенциал того же СССР. Который – как нетрудно догадаться – был ни на йоту не связан с приведенной выше «рабской моделью» создания инноваций. Но при этом не представлял собой и вариант «общезападной» инновационной модели, основанной на высоких затратах и использовании «утечки мозгов» со всего мира. А являл собой совершенно иной путь, основанный на сознательном развитии научно-технического потенциала, на «искусственном» возбуждении человеческих способностей к инновации, возможным в условиях пониженной конкурентности.

* * *

Иначе говоря, мы можем представить ситуацию, в которой популярность научной и технической деятельности оказывается много большей, нежели в «нормальном конкурентно-иерархическом мире», и поэтому подготовка научных и технических специалистов оказывается намного более дешевой. Равно как, можем представить ситуацию, при которой сама работа данных специалистов – не увязанная с необходимостью конкурентной борьбы, и вызванной этой борьбой армии саранчи (простите, менеджеров-маркетологов-рекламщиков-юристов-экологов-и т.д.) – оказывается гораздо более эффективной. Понятное дело, что это не означает, что КНДР выступает «неконкурентно-иерархическим обществом» в полной мере. (На самом деле даже СССР им, в полной мере, не выступал.) Это значит лишь то, что подобные социумы могут позволить себе некие «анклавы», где эта неконкурентность-неирархичность наличествует.

Кстати, то же самое может позволить даже почти полностью капиталистический Китай, и даже – да, что уж тут говорить – на самом Западе в свое время вполне могли существовать области, хоть как-то приближенные к данному идеалу. (Причем, именно эти «области», по сути, и двигали прогресс человечества в период «золотых десятилетий».) Но говорить о данном моменте, понятное дело, надо отдельно. Тут же – возвращаясь к КНДР – можно отметить, что как раз в данной стране указанный подход был виден практически с самого начала ее существования. В том смысле, что даже в самые тяжелые годы – в те же 1990-начало 2000, когда по вине советского-российского руководства данная страна лишилась самого необходимого – тут действовала ставка на развитие того же научного и технического творчества детей и молодежи. Да, именно так: в стране не хватало риса, но при этом строились центры детского творчества и творчества молодежи, закупалось оборудование в вузы, библиотеки оснащались компьютерами и даже была развернута внутренняя компьютерная сеть.

Мы в те же 2000 годы, когда это происходило, и когда стала доступной хоть какая-то информация о КНДР – еще смеялись над «тамошними» фотографиями с «элт-мониторами» (кои тогда уже сменились на жидкокриталлические), над сидящими в «компьютерных центрах» подростками и домашними компьютерами, не подключенными к розетке. Дескать, это все показуха! Но последующие события – с запуском северокорейских ракет, создание КНДР ядерного оружия, выпуском данной страной мобильных устройств, станков-автоматов, промышленных роботов и т.д. – показали, что этот смех был глупым. И что лучше смеяться над чем-то другим, нежели над государством, которое поставило своей целью добиться высокого уровня подготовки населения. Так же, наверное, смеялись американцы над советскими реалиями 1950 годов – пока 4 октября 1957 года не услышали в своих наушниках роковое «бип-бип-бип», издаваемое Спутником.

* * *

И – вот уж ирония истории – в данном случае в роли американцев оказались и мы. (Впрочем, США так же в ней оказались – это чтобы не было так обидно.) Напомню, что в РФ тогда победила уверенность в том, что лучше всего – западный путь, с его заливанием деньгами и привлечением кадров со всего мира. Именно он был реализован в пресловутом Сколково – с полностью нулевыми результатами. (И поэтому даже сейчас все достижения РФ в научном и техническом плане проистекают, исключительно, от созданных в СССР разработок и, главное, созданных тогда коллективов и школ.) Итог оказался далеко не утешительным – в том смысле, что маленькая и бедная КНДР показала возможность влиять на мировые процессы, а РФ упустила (в очередной раз) шанс обрести возможность вновь производить инновации.

Впрочем, подобный аспект для нашей «элиты», взращенной в рыночно-конкурентной парадигме, выглядит слишком вызывающим для того, чтобы его принять. А главное, даже понимание преимущества «советского пути» — его «медленным стартом», требующим тщательного планирования на десятилетия вперед – оказывается плохо совместимым с «постоянной времени» этой самой элиты. Поэтому ожидать, что РФ вдруг выберет советский вариант развития инновационности, не стоит.

Тем не менее, эффективность данного пути это не отменяет – это еще потребуется нам в будущем. Вне того, желает ли этого элита или нет.

anlazz

https://narzur.ru/innovacii-severnaja-koreja-i-sovetskijj-put/

#ПрограммаСулакшина #СпастиРоссию #ПереустроитьРоссию #НравственноеГосударство #СулакшинПрав
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
НарЖурТВ, НарЖур, НарЖур ТВ, Народный Журналист, сайт народный журналист

(no subject)

ИНТЕРЕСНЫЙ РАССКАЗ, КАК В ТУРЦИИ РАЗВИВАЛАСЬ ОТРАСЛЬ ДРОНОВ

Интересный рассказ, как в Турции развивалась отрасль дронов. Сейчас это страна стала 3-4-й в мире, способной производить на собственной элементной базе тяжёлые, ударные беспилотники (США, Израиль и отчасти Китай). Турецкие БПЛА уже способны подниматься на высоту до 7,5 км и нести полезную нагрузку до 550 кг, время полёта и зависания – до 24 часов.

У турецкой программы дронов есть отец, его зовут Сельчук Байрактар.

В 2005 году Байрактар убедил группу турецких чиновников посетить небольшую демонстрацию самодельного дрона, над которым он работал. 26-летний инженер к тому времени получил степень магистра в Университете Пенсильвании и был докторантом Массачусетского технологического института.
Смог убедить местных чинуш, что и у турок получатся БПЛА. Конечно, основу для дронов позаимствовали у США и Израиля, купив у них старые аппараты. Разобрали, посмотрели, стали улучшать.

Современные дроны в Турции создали всего за 10-12 лет, по мировым меркам это очень короткий срок. Как часто бывает в странах Второго мира, программе помог непотизм: Байрактар женился на младшей дочери президента Эрдогана, Сумейе. https://theintercept.com/2019/05/14/turkey-second-drone-age/

Турция по подушевому доходу находится примерно как Россия, технологически страна не сильнее нас. Но вот пример, как можно за короткий срок создать передовую отрасль даже в стране полупериферии.

На этом примере видно, что в Турции всё же работает меритократия. Да, с элементами непотизма, но у нас в России и непотизм не помогает. Орда сынуль высших чинуш хочет только усесться в госбанках, нефтянке и госкорпорациях, т.е. присосаться к бюджету, а не создавать что-то технологичное. По тем же дронам Россия бесконечно отстала от первой мировой четвёрки. Я уж не говорю про другие технологии.

А Турция в нынешней войнушке двух А. преследует и коммерческие цели, демонстрируя возможности своих дронов. В 2019-м они заключили контракты на поставку БПЛА на Украину и в Пакистан. Наверняка после этой войнушки с десяток стран у них сделает заказы, тем более что турецкие дроны дешевле американских и израильских (с аналогичными характеристиками) на 20-30%.

Опубликовано ТГ-каналом «Толкователь«

https://narzur.ru/interesnyjj-rasskaz-kak-v-turcii-razvivalas-otrasl-dronov/

#ПрограммаСулакшина #СпастиРоссию #ПереустроитьРоссию #НравственноеГосударство #СулакшинПрав
НарЖурТВ, НарЖур, НарЖур ТВ, Народный Журналист, сайт народный журналист

(no subject)

ЦИФРОВАЯ ЗАПАДНЯ. ПАРАДОКСЫ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ЦИФРОВИЗАЦИИ

Коронавирус подтолкнул и активизировал цифровые технологии. Только специалисты с тревогой говорят: сегодня «цифра» не только благо, но и серьезная угроза национальной безопасности. «Цифра»-то не наша! И все, что происходит даже в высоких кабинетах,— «на просвет» для ее создателей и хозяев. «Огонек» разбирался, как и почему наша страна оказалась в опасной зависимости от импортных технологий.
Россия находится на седьмом месте в мире по вовлеченности людей в цифровую экономику. По числу пользователей смартфонов мы на пятом месте. У нас самый доступный безлимитный трафик среди развитых государств: по стоимости он в 9 раз ниже, чем в Японии; в 14 раз — чем в США и в 17 раз — чем в Республике Корея. Цифра — наше все? Премьер-министр Михаил Мишустин на недавнем отчете в Госдуме выступил с энергичным заявлением: «Цифра — это нефть, золото и платина XXI века. Если мы не будем заниматься цифрой, то цифра займется нами».
Звучит красиво. Но что за призывами?
В национальном проекте «Цифровая экономика» (его выполнение, правда, перенесли на 30-й год) были заявлены меры «стимулирования разработки отечественного программного обеспечения».
Уже к 2019 году 80 процентов российских чиновников должны были перейти на операционные системы отечественного производства. Создали реестр российского ПО. Результат?
В 2019 году Счетная палата РФ обнаружила: более 82 процентов государственных учреждений пользовались зарубежными почтовыми серверами. 99 процентов использовали системы управления базами данных Microsoft или Oracle, а также Red Hat, CentOS, Sybase, SQL, Anywhere, FreeBSD, которые не входят в реестр российского ПО…
В конце 2019 года вице-премьер Антон Силуанов подписал распоряжение о том, что у компаний с госучастием — ВТБ, РЖД, «Аэрофлот», «Газпром», «Роснефть» — к 2022 году половина софта должна быть отечественной. Сейчас, получается, он весь или почти весь зарубежный («свет в окошке» — давно разработанная и качественная программа «1С» с многочисленными модификациями для разных отраслей экономики, но это один из редких примеров отечественного софта).

Проблема без решения
Владимир Бетелин, академик, научный руководитель НИИ системных исследований РАН.

А все остальные предприятия, кстати, чем пользуются? Ответ очевидный: все большие интегрированные системы на предприятиях основаны на американской Oracle или немецкой SAP. Когда после принятия закона Яровой, предусматривающего хранение информации в течение трех лет, стали создавать хранилища данных, ничего лучше американской Oracle и не нашли. Все совещания в минувшие коронавирусные месяцы, даже на самом высоком уровне, проходили с использованием технологии Zoom. Zoom Video Communications, Inc. — американская компания коммуникационных технологий со штаб-квартирой в Сан-Хосе, Калифорния, предоставляющая услуги удаленной конференц-связи с использованием облачных вычислений.
Да, у нас есть «Лаборатория Касперского», которая создает замечательные антивирусные программы. У нее офис был в США — разрабатывал защиту от киберугроз для американского правительства. Правда, в 2017-м вашингтонский офис американцы закрыли — решили, что программы Касперского могут быть опасны для правительства США. А у нас, по данным Счетной палаты, отечественными антивирусными программами пользуются только три четверти государственных учреждений. Остальные, выходит, не боятся, что через американские программы к ним попадет какой-нибудь вирус и выведет всю сеть из строя? В минувшем семестре студенты вузов общались с преподавателями по Skype, а групповые занятия и лекции проходили по Zoom. Про Zoom мы уже все выяснили, а Skype Limited —люксембургская компания, разработчик программного обеспечения. Штаб-квартира располагается в Люксембурге, а офисы — в Сан-Хосе, Лондоне, Праге, Таллине. Основана в 2003 году шведом Никласом Зеннстремом и датчанином Янусом Фриисом. В создании программы Skype участвовали эстонские программисты Ахти Хейнла, Прийт Казесалу и Яан Таллинн. А учились с помощью этих технологий наши студенты-программисты в МГТУ, НИУ ВШЭ и МИЭМ, МГУ, МФТИ, МИЭТ, МИРЭА, МТУСИ. Которые вроде и должны бы разрабатывать и создавать такие информационные системы. Но увы — нет у нас родного Skype или Zoom!
Да, мы привыкли повторять, что у нас лучшая в мире школа программистов, компьютерщиков. Только почему потом они идут работать в компании-провайдеры и занимаются услугами? И еще целая серия неудобных вопросов: почему мы все, что связанно с интернетом и компьютером, закупаем за рубежом? Куда пропала отечественная электроника? А оборудование для всех этих технологий — видеокамеры, экраны, компьютеры, все «железо» — где производят?
В 2017 году был опубликован доклад McKinsey «Цифровая Россия. Новая реальность». Вывод: Россия на 80–100 процентов (в зависимости от отраслей промышленности) зависит от импорта IT-оборудования. Если софт в основном импортный, компьютеры тоже, то в чем мы опережаем весь мир? И в чем заключаются наши успехи в цифровизации? В том, что мы это все покупаем и юзаем?
И целого «Байкала» мало…
В 2014 году Россия взяла курс на импортозамещение, в том числе и в электронике. С тех пор правительство чуть ли не каждый месяц выпускает новый документ о развитии микроэлектроники в стране и о переходе организаций на отечественные продукты. Но результат пока нулевой. Потому что проблема, как говорят эксперты, не в гигабайтах или микросхемах, а в организации экономики.
В России сейчас около 300 предприятий занимаются созданием электроники и программного обеспечения. Во всей этой отрасли у нас трудятся около 100 тысяч человек. По словам экспертов «Огонька», в одной только корпорации Intel работают около 190 тысяч человек, в Microsoft — около 160 тысяч человек. Наш отечественный ООО «Ангстрем», ведущий разработчик и производитель полупроводниковых изделий, в том числе современных микропроцессоров, с задачей вытеснения Intel (если она даже будет поставлена) не справится. В 10 дизайн-центрах этой компании (головной офис находится в Зеленограде) трудятся всего около тысячи человек. У нас есть и другая известная компания, занимающаяся микроэлектроникой,— это АО «Байкал Электроникс». Она выпускает российские микропроцессоры «Байкал». Последние достижения: месяц назад компания представила первую (!) российскую материнскую плату («мозги» компьютера) на процессоре Baikal-M. Но достаточно ли будет «Байкала» и «Ангстрема», чтобы заместить весь электронный импорт отечественным производством?
Правда, эксперты «Огонька» подчеркивают, что за последние 10 лет удалось полностью перевести российский военно-промышленный комплекс на отечественные компьютеры и ПО. По идее, там должны быть и микропроцессоры, и материнские платы российского производства. Но военная сфера полностью закрыта для информации. В прессу лишь просачивается информация о том, что в нашей военно-промышленной электронике «нет никаких иностранных закладок, которые могли бы способствовать утечке информации».
А по поводу гражданской IT-сферы эксперты только разводят руками и говорят: риск для безопасности огромный, но никто не знает, где лежит закладка. Не случайно ведь этим одним словом называют и «дыры» в ПО, и тайные места для взрывных устройств.
Супер, но не очень
Когда и почему мы так сильно «просели»? Попробуем разобраться.
В США и Европе компьютеры и интернет создавались для армейских нужд, потом эти технологии успешно перебирались в гражданскую экономику. У нас тоже в 50-х, 60-х и 70-х годах прошлого века такая связка работала. Туполев строил бомбардировщики и одновременно на той же конструкторской базе создавал гражданские самолеты. Курчатов и Сахаров создавали не только атомные бомбы, но и первую в мире атомную электростанцию и атомный ледокол. А вот потом эта связь «оборонки» и «гражданки» прервалась. Академик Владимир Бетелин, научный руководитель НИИ системных исследований РАН, считает, что этот разрыв был вызван переменой ориентации именно в гражданской экономике в 90-е годы. Она перестала быть экономикой экономикой производства и перепрофилировалась в «экономику услуг» (см. рубрику «Эксперт» «Проблема без решения»). У нас сложилась экономика потребления, ориентированная на быстрое получение прибыли и возврат вложенных капиталов. Вложения «вдолгую» случались, но эпизодически. К примеру, в МГУ в 2009 году вступил в строй самый мощный в России суперкомпьютер «Ломоносов-1». Его производительность составляла 1,8 петафлопса (10 в 15-й степени операций в секунду), и тогда он занял достойное 12-е место в мировом рейтинге суперкомпьютеров топ-500. Как рассказывает Владимир Воеводин, директор Научно-исследовательского вычислительного центра МГУ (где работал этот суперкомпьютер), член-корреспондент РАН, «Ломоносов-1» создавался по решению правительства, на это специально были выделены средства. К ноябрю 2015 года, однако, компьютер занимал уже 95-е место в рейтинге (вот она, лучшая иллюстрация того, как стремительно развиваются эти технологии).
По словам Владимира Воеводина, новый компьютер «Ломоносов-2» создавался уже на собственные средства университета. «Мы запустили его в 2014 году,— говорит эксперт.— Машина используется для предсказательного моделирования и сложных расчетов в самых разных областях науки, техники, промышленности. За эти годы у нас в суперкомпьютерном комплексе Московского университета работали более 3 тысяч пользователей из МГУ, научных институтов РАН и российских университетов. Важных и интересных проектов много, в частности, по одному из проектов в рамках соглашения с новосибирской лабораторией «Вектор» ищем кандидатов для лекарства против коронавируса — отбираем лучшие ингибиторы, подавляющие действие вируса в организме человека. Подобный суперкомпьютерный дизайн делает проектирование лекарственных препаратов гораздо более эффективным». Вопрос о том, насколько конкурентен наш «Ломоносов-2» в сравнении с «суперсобратьями» за рубежом, Владимира Воеводина расстраивает: сейчас с компьютером «Ломоносов-2» происходит то же самое, что и с первым «Ломоносовым» — он «съезжает» в рейтинге топ-500, уступая позиции более производительным машинам. В этом году занял 130-е место (к слову, у Китая в топ-500 — 216 компьютеров, у США — 116, у Японии — 29, у Франции — 19, у Великобритании — 18, у Германии — 14. Победитель года — японский суперкомпьютер Fugaku мощностью 415 петафлопс). В рейтинге этого года появилась, правда, еще одна машина с российской пропиской — это суперкомпьютер Сбербанка Christofary. Что приятно, конечно, хотя, как говорят специалисты, в нем нет ни одной отечественной детали, да и доступным для научно-образовательного сообщества России, в отличие от «Ломоносовых», он не будет…

Отстали на поколение
Валерий Макаров, научный руководитель Центрального экономико-математического института, академик РАН.

Парадоксально, что в Национальном проекте «Цифровая экономика РФ», продолжает эксперт, прописаны в качестве ключевых научно-технических направлений так называемые сквозные цифровые технологии. К ним относятся: «большие данные», нейротехнологии, искусственный интеллект, системы распределенного реестра, квантовые технологии, новые производственные технологии, промышленный интернет, компоненты робототехники и сенсорики, технологии беспроводной связи. И — ни слова о суперкомпьютерах. Хотя сквозные технологии разрабатываются, рассчитываются и эффективно существуют практически всегда в связке с суперкомпьютерами. Мы принимаем национальную стратегию развития технологий искусственного интеллекта, а на чем будут проводить обучение нейронных сетей? Подобную стратегию разрабатывать, безусловно, нужно, но в обязательном порядке вместе со стратегией создания национальной суперкомпьютерной инфраструктуры, как это делается во всем мире. Или опять ищем свой уникальный путь?
— Сейчас в мире наступил финальный этап гонки за экзафлопсом,— говорит Владимир Воеводин.— И США, и Европа, и Китай, и Япония, и даже Индия разработали государственные программы создания машин с гигантской производительностью 10 в 18-й степени (экзафлопс). В России такой программы нет и, видимо, скоро не появится. Как результат суперкомпьютерной стагнации последних лет — наша страна сейчас не в состоянии самостоятельно построить суперкомпьютер экзафлопсной мощности. Здесь нужна полностью собственная элементная база и свое ПО, и это лишь верхушка айсберга. Хотя в России есть и потребность в таких системах со стороны вычислительного сообщества, есть и научные группы и компании, способные выполнить разработки на мировом уровне. Пока еще есть.
Суперкомпьютер — машина очень дорогая, продолжает эксперт. «Ломоносов-2» стоит 3,5 млрд рублей. Японский Fugaku в 80 раз мощнее, затраты на разработку и производство которого составили примерно 1 млрд долларов. Но вот что важно. Строить суперкомпьютер в единственном экземпляре большого смысла нет. Для поднятия суперкомпьютерной отрасли создавать нужно целостную инфраструктуру, которая опирается на 3–5 суперкомпьютерных центров коллективного пользования федерального уровня, 10–15 суперкомпьютерных центров с производительностью на порядок меньше и значительное число малых локальных суперкомпьютерных систем, предназначенных для решения задач отдельных групп, институтов и предприятий. Для России это не только реально, но и абсолютно необходимо.
Проклятие IBM
Норберт Винер, американский математик и один из основоположников искусственного интеллекта, написал в 1948 году книгу «Кибернетика, или Управление и связь в животном и машине». У нас «Кибернетикой» зачитывались в середине 50-х годов. Может, это было простым совпадением, но бурный рост новых технологий и производств потребовал сложных расчетов. Потребовались электронные счетные машины, и в СССР их создали. Эксперты говорят, что высшим достижением была ламповая БЭСМ-6 (большая электронно-счетная машина). С ее помощью рассчитывали орбиты спутников и космических кораблей, в частности совместный советско-американский проект «Союз — Аполлон». А вот потом началось торможение. В 1966 году компания IBM сделала компьютер на полупроводниковых транзисторах. Он был более компактный, производительный и дешевый по сравнению с БЭСМ. У нас, кстати, в то же время несколько лабораторий работали над подобными образцами. Но американцы нас на год или два опередили. Тогда было принято решение о копировании американской машины в СССР. Борис Малашевич в 1960-х годах работал в Министерстве электронной промышленности СССР в отделе, собиравшем заявки от предприятий на поставки электронно-счетных машин. В своих воспоминаниях он писал, как принималось решение о копировании IBM-360:
«В конце 1966 года на заседании ГКНТ (Госкомитет по науке и технике.— «О») и Академии наук СССР при поддержке министра радиопромышленности СССР В.Д. Калмыкова, президента АН СССР М.В. Келдыша принимается решение о копировании серии IBM-360. Одним из аргументов за было то, что в ГДР уже строятся машины на такой технологии. Против этого решения решительно выступили А.А. Дородницын, С.А. Лебедев и М.К. Сулим. Они говорили, что контактов с IBM нет, у ГДР недостаточно документации и при освоении новых машин возникнут большие проблемы. Однако они остались в меньшинстве. Решение о разработке семейства Единой системы ЭВМ состоялось. Как и предсказывалось, другие направления развития отечественной вычислительной техники постепенно стали сокращаться из-за недостатка средств, заказчиков, молодых кадров и других объективных и субъективных причин».
Переход на транзисторные компьютеры по модели IBM затормозил в итоге развитие отечественной электроники лет на 10. Но он не был критичным. В СССР наряду с разработкой и производством аналогов системы IBM-360 и PDP/11 компании DEC производились и развивались ЭВМ с отечественной архитектурой. Это высокопроизводительные ЭВМ «Эльбрус-1», «Эльбрус-2», М-13, АС-6 и т.д. Производство их велось на основе отечественных микроэлектронных элементов, годовой объем выпуска которых к 1990 году составил 1 млрд штук. К 1991 году предприятия радиоэлектронной отрасли произвели около 1 млн персональных компьютеров, в числе которых 100 тысяч учебных ЭВМ «Корвет» и более 300 тысяч учебных ЭВМ УК-НЦ.
Был ли ошибкой переход к модели IBM, сейчас, наверное, уже не важно.
ПРОДОЛЖЕНИЕ: https://narzur.ru/cifrovaja-zapadnja-paradoksy-otechestvennojj-cifrovizacii/

#ПрограммаСулакшина #СпастиРоссию #ПереустроитьРоссию #НравственноеГосударство #СулакшинПрав
НарЖурТВ, НарЖур, НарЖур ТВ, Народный Журналист, сайт народный журналист

(no subject)

ПОЧУВСТВУЙТЕ РАЗНИЦУ

Очень хочется гордиться нашей страной, ее мозгами, ее культурой, ее достижениями, ее наукой. Не получается. Приходится гордиться мозгами, культурой, наукой других стран. И в частности нашего соседа. Вот на карте: тут мы — путинская развалюха, а вот всего лишь через речку — Китай, который развивается, стал мировой державой и все увереннее становится источником новейших разработок и достижений.

Есть в этом контексте одна тема, которая касается путинской России в полной мере. России, которую по заветам Чубайса Путин превращает в энергетическую сверхдержаву. Конечно, это полная чепуха. Никакая она не сверхдержава, а страна, катящаеся к краху. Знаете сколько у России запасов газа? Около тридцати пяти триллионов кубометров. А сколько у Китая? Около тридцати двух триллионов кубометров. Ну, в общем, сопоставимо.

Чем занимается Россия? Занимается хищническим выкачиванием газа, прокладкой труб на восток, на запад, куда может, продажами газа, потом прячет эти доходы в офшорах, либо на авантюры, но никак не на развитие. Потому, что сам Газпром и Роснефть находятся в районе 2000 номера в табели о рангах мировых компаний, которые вкладывают в науку, в новые технологии в НИОКРы. То есть они, если говорить всерьез, не занимаются новыми технологиями.

Что происходит в Китае? В Китае разработали новую технологию добычи природного газа, которая дает возможность, как в Америке, совершить сланцевую революцию. А ведь по объему сланцевого газа Китай занимает первое место в мире, вдвое опережая США и Австралию. Кто развивает там эти новые технологии? Ученые-ядерщики главной государственной лаборатории ударных волн при Сеаньском транспортном университете. Они используют даже такие технологии, которые разрабатывались для атомных бомб, для того, чтобы заменить технологию гидроразрыва пласта, которая на больших глубинах труднодоступна, на технологию создания электрическим разрядом концентрированной управляемой ударной волны. А эффект тот же, что при гидроразрыве пласта водой, но это гораздо экологичнее потому, что не требует таких больших объемов воды и не обводняет горизонт залегания газа или нефти.

На сегодня из своих запасов Китай может добывать только около 6 миллиардов кубометров в год, при этом потребляя 200 миллиардов кубометров. 130 миллиардов из них он добывает сам, на своей территории, остальное импортирует из Туркмении. Кстати путинские затеи: «Сила Сибири», «Достояние страны», — Китай ведь отказался финансировать. Сказал, пожалуйста, — Газпром, кредитуйся, влезай в долги, в поборы с российского населения, наращивай налоги вместе с Путиным, строй и закапывай эту трубу сам.

Почему? Потому, что стратегия Китая — умная стратегия. Cориентироваться на собственный газ, не зависеть от России. Bсе это очень серьезный геополитический сигнал нашему выдающемуся верховодителю, который, доруководившись до блокады на западе, повернул на Восток, в Китай, полагая, что там он найдет поддержку, защиту и страховку. А Китай говорит: Извините! Вот когда твоя страна, доведенная до крайности, будет полностью разваливаться, мы от твоих газовых поставок зависеть не будем. Газ будем добывать сами.

Управление по делам энергетики Китая прогнозирует рост потребления на 76 процентов в ближайшие 20 лет до 347 миллиардов кубометров. И почти весь дополнительный газ Китай намерен добывать самостоятельно. Для этого внутреннюю добычу он планирует нарастить на 60 процентов до 220 миллиардов кубометров. Но 30 миллиардов кубов из них составит добыча сланцевого газа.

Так что, действительно, наука — движущая сила прогресса и развития. К сожалению, не в нашей стране, стране развитого путинизма.

Автор - Степан Степанович Сулакшин — д.полит.н., д.физ.-мат.н., профессор, ген. директор Центра научной политической мысли и идеологии

http://rusrand.ru/forecast/pochuvstvuyte-raznicu

#ПрограммаСулакшина #СпастиРоссию #ПереустроитьРоссию #НравственноеГосударство #СулакшинПрав
НарЖурТВ, НарЖур, НарЖур ТВ, Народный Журналист, сайт народный журналист

(no subject)

НЕЙРОСЕТЬ GPT-3 ВЕЛА МОТИВАЦИОННЫЙ БЛОГ НА АНГЛИЙСКОМ И ВСЕМ ПОНРАВИЛОСЬ. ЧЕМ ЭТО ГРОЗИТ КОПИРАЙТЕРАМ И ПИСАТЕЛЯМ

Компания OpenAI, которую несколько лет назад основал Илон Маск, в июне выпустила новый алгоритм нейросети GPT-3. На сегодня это самая совершенная система, которая умеет работать с естественными языками.
Ее возможности просто колоссальны. С помощью GPT-3 можно создавать любой тип текстовой информации, в том числе и сложные технические тексты. К примеру, когда нейросети дали задачу написать текст о себе, она создала статью с громким названием «GPT-3 от OpenAI может стать величайшим открытием после Bitcoin».
Но может ли нейросеть не просто компилировать слова, подражая человеку, а на самом деле создавать тексты со смыслом? Стихи, повести или даже романы, которые будет интересно читать? Давайте разберемся.
GPT-3: алгоритм нейросети, который на порядок опережает все существующие
GPT-3 — это самая сложная языковая модель, когда-либо созданная человеком.
Она работает с вероятностью появления определенной последовательности слов. GPT-3 от более ранних моделей отличают масштабы. При генерации текста она использует 175 миллиардов параметров, а обучали ее на более чем 1,5 триллионах слов. Причем, тексты для тренировок использовались самые разные: от постов на форумах до классической литературы.
Система пытается предсказать текст, исходя из наиболее вероятных текстовых блоков. Пользователю нужно только задать какую-нибудь точку отсчета, от которой нейросеть будет отталкиваться.
Чем лучше система понимает контекст запроса, тем точнее будет ответ.
Складывается впечатление, что нейросеть реально может понимать естественные языки.
Шариф Шамим (Sharif Shameem), сооснователь и СЕО проекта Debuild.co опубликовал в своем твиттер-аккаунте результаты тестирования разных возможностей нейросети. И они действительно впечатляют.

В видео

https://narzur.ru/nejjroset-gpt-3-vela-motivacionnyjj-blog-na-anglijjskom-i-vsem-ponravilos-chem-ehto-grozit-kopirajjteram-i-pisateljam/

видно, что Шариф писал в строку ввода простой текст, как будто объяснял дизайнеру или разработчику, что ему нужно. А система интерпретировала его и выдала результат.
Особенно позабавила «кнопка, похожая на арбуз».
Но раз нейросеть так хорошо понимает естественный язык, то может ли она писать тексты так, как это сделал бы человек?
Ответ: может.
Копирайтер vs. Нейросеть: эксперименты в СМИ и блогах
Тексты от нейросети практически не отличаются от человеческих. Лиам Порр, студент из Беркли, провел эксперимент и две недели публиковал статьи, сгенерированные GPT-3, в своем блоге на Adolos.
Мотивационные статейки от нейросети прочитало 26 000 людей. И, как говорит Лиам, только один из них догадался, что тексты на самом деле писал не человек, а машина. Но даже этот коммент заминусовали другие читатели:
Если вчитаться в сами статьи, складывается впечатление, что они реально написаны каким-нибудь мотивационным тренером или коучем. Подходящий стиль и фразы, адекватная структура текста. Иногда предложения или отдельные фразы кажутся не слишком естественными, но это не выдает машину. Ведь подобные незначительные ошибки допускает и человек.
Это одна из причин, почему GPT-3 не выпускают в открытый доступ. Чтобы получить доступ к OpenAI API, нужно заполнить заявку с указанием, для чего именно вы планируете использовать нейросеть.
Еще на этапе создания GPT-2, предыдущей версии алгоритма, разработчики поняли потенциальную опасность, ведь система может стать инструментом информационной войны. Подобная нейросеть способна генерировать фейковые новости с чудовищной скоростью. Если использовать ее возможности во вред, интернет будет просто погребен под неправдивым контентом. Именно поэтому в будущем ее планируют продавать бизнесу по подписке. Но не всем подряд, а только тем, кто докажет, что они планируют использовать ее «в мирных целях».
Нейросеть, художественные книги и стихи
Нейросеть вполне может соперничать с авторами новостей в СМИ или технических статей, но процесс создания романов или стихов намного сложнее. Даже базовые принципы написания художественных текстов отличается от технических. Научить нейросеть подбирать рифмы и следить за ритмикой можно без проблем, но с многосмысленностью у машин пока бяда. Есть русская нейросеть «Порфирьевич», основанная на алгоритме GTP-2. Она «знает» русский и натренирована не только на прозе, но и на стихах. Проверить работу можно в Телеграм-боте «Нейропоэт». Нужно только написать первую строку или несколько, а остальное сделает система. Мы проверили, получилось так себе.
Первую строку Пушкина нейросеть превратила в невразумительный набор текста, в котором угадываются военные мотивы. И если отдельные образы можно считать удачными («Дуб просит хлеба у весны» или «Осенние цветы весны»), то другие же вызывают фейспалм.
Можно провести аналогию с теорией о бесконечных обезьянах, которые нажимая случайные клавиши на пишущей машинке в течение неопределенно долгого отрезка времени рано или поздно напишут «Войну и мир».
Нейросеть здесь выступает в качестве такой обезьяны, которая вместо отдельных букв компилирует слова и образы, но они в своем большинстве получаются случайными.
На самом деле многие разработчики создавали генераторы стихов на основе GPT-2. Вот, к примеру, вариант генератора текста песен на английском, который использует облегченную базу из 13 000 стихов.
Сгенерировал он тоже что-то не сильно вразумительное:

Что касается художественных книг, то ситуация еще хуже. Этого стоило ожидать, ведь нейросеть не умеет строить сюжет и не знает, что такое завязка или кульминация. Но вот из некоторых экспериментов получается настолько отборная дичь, что остается только удивляться.
Как вам что-то вроде порно-фанфика по Библии? Неизвестные разработчики выложили сочинение под названием «The Orange Erotic Bible». Его создала нейросеть на основе того же GPT-2, но вот обучали ее на эротических романах и рассказах, а затем в качестве отправной точки для генерации дали отрывки из Библии. Рассказ получился большим — свыше 60 000 слов. И результат мягко говоря удивляет.
Вот небольшая часть из рассказа. И нет, мы не будем это переводить.
Существует даже интернет-магазин книг, написанных ИИ. Выглядит он довольно жутко. Потому что обложки книг тоже созданы машиной.

Правда, его создатели признались, что продали только 19 копий книг. Если их качество хотя бы примерно напоминает «Оранжевую Библию», то мы совершенно не удивлены. Писатели пока что могут спать спокойно.

Или нет?

Все предыдущие примеры касались только GPT-2, и они были так себе.

Но уже существует нейросеть-поэт, основанная на алгоритме GPT-3. И она показывает довольно интересные результаты.

Нейросеть может писать стихи в заданном стиле и на заданную тему. Аррам Сабети (Arram Sabeti), CEO проекта ZeroCater, уже провел эксперимент.Он формировал запросы нейросети с запросом на тему стиха и стиль. Все остальное делала машина.
Вот один из запросов:
Here’s a poem by Dr. Seuss about Elon Musk launching rockets with SpaceX, building electric cars at Tesla, selling flame throwers, dating Grimes, fighting the SEC, crushing short sellers, building brain chips to fight AI, and colonizing mars, and tweeting at all hours of day and night. Musk wants to make humans interplanetary to prevent extinction. The poem rhymes every other line with an ABAB structure. The rhyme structure is typical of Dr. Seuss nursery rhymes.

Стих получился занятным. Правда. Несмотря на очевидные неточности в ритмике и косяки с рифмами, он имеет смысл. Он длинный, поэтому мы приведем здесь только часть.
Elon Musk
By Dr. Seuss

Once there was a man
who really was a Musk.
He liked to build robots
and rocket ships and such.

He said, “I’m building a car
that’s electric and cool.
I’ll bet it outsells those
Gasoline-burning clunkers soon!”

They sell cool cars
that are electric and clean.
And then he wanted to go
even farther, you see.

The first Tesla, Roadster,
Was just the start of a bigger dream.
He said, “I’m building a plane
that’s electric and green”.

Прогресс по сравнению с предыдущей версией алгоритма просто удивителен. Это не набор бессвязных фраз, а вполне себе неплохое по структуре стихотворение. Да, до идеала еще далеко, рифмы слабоваты, да и ритмика хромает, но уже на этом этапе сильно удивляешься, что это придумала машина. Некоторые образы и словосочетания просто прекрасны. К примеру, «gasoline-burning clunkers» — «бензиновые драндулеты». Если не знать, что это написала машина, то можно подумать, что это творение какого-нибудь школьника, который решил написать стихотворение про своего кумира.
И, черт возьми, это круто.
Полную версию стиха и другие творения нейросети можете прочитать здесь.
https://arr.am/2020/07/14/elon-musk-by-dr-seuss-gpt-3/
***
Экспериментов с GPT-3 в плане написания стихов или художественных историй пока довольно мало, так что приходится довольствоваться только этим. Но если нейросеть настолько продвинулась в создании осмысленных текстов, то вполне реально, что скоро она сможет писать и вполне читабельные художественные произведения.
Возможно, это будет не GPT-3, а какой-нибудь GPT-4 или даже GPT-5, но динамика развития явно есть. Сейчас нейросеть может писать технические статьи, новости, небольшие истории или стихи.
А с дальнейшим развитием алгоритмов качество генерируемых текстов будет только расти. Так что да, ИИ может писать как человек. Пока что на уровне школьника, но посмотрим, как будет через лет 10-20. А вы как думаете?

Автор: EnglishDom

https://narzur.ru/nejjroset-gpt-3-vela-motivacionnyjj-blog-na-anglijjskom-i-vsem-ponravilos-chem-ehto-grozit-kopirajjteram-i-pisateljam/

#ПрограммаСулакшина #СпастиРоссию #ПереустроитьРоссию #НравственноеГосударство #СулакшинПрав
НарЖурТВ, НарЖур, НарЖур ТВ, Народный Журналист, сайт народный журналист

(no subject)

РОССИЙСКИМ ОПЕРАТОРАМ РАЗРЕШАТ СТРОИТЬ СЕТИ 5G НА ОТЕЧЕСТВЕННОМ ОБОРУДОВАНИИ, КОТОРОГО ПОКА НЕТ

В проекте решения Госкомиссии по радиочастотам появилось положение, согласно которому, операторы смогут строить сотовые сети 5G в диапазоне 24,25–24,5 ГГц только на оборудовании отечественного производства из Единого реестра российской радиоэлектронной продукции. Однако такого оборудования в стране просто нет.

Идею обсудят на ближайшем заседании ГКРЧ в середине октября. Весной этого года комиссия уже предлагала строить сети нового поколения на отечественном оборудовании, но мера не была обязательной.

В «Ростехе», который должен создать отечественные опытно-промышленные образцы элементов сети пятого поколения, данную идею не комментируют.

Представитель «Ростелекома» сообщил, что данную задачу поставило правительство, а ее решение должно быть отражено в дорожной карте по созданию и развитию сетей 5G в России. Ее разрабатывают «Ростех» и «Ростелеком», но пока документ не утвержден.

Ранее требование о строительстве 5G на отечественном оборудовании лоббировали российские силовые структуры и спецслужбы. Они отмечали, что такое оборудование относится к критической инфраструктуре, с которой будут работать предприятия, беспилотный транспорт и т.д.

Между тем эксперты опасаются, что данное требование приведет к сворачиванию ряда проектов. Например, совместного проекта МТС и «Сибура» по 5G-сети на территории пермского завода «Сибурхимпром» на оборудовании Ericsson.

Российские производители, и тот же «Ростех», могли бы приобрести права на оборудование для 5G у иностранных разработчиков, но для отработки технологии недостаточно одного российского рынка. А отечественная разработка должна соответствовать мировым стандартам по широкому кругу показателей, чтобы быть востребованной.

Компания МТС стала первой, которая этим летом получила лицензию на оказание услуг мобильной связи в формате 5G в России. Она предусматривает создание сети в 83 из 85 регионов страны, которая будет работать в диапазоне 24,25–24,65 ГГц по стандарту 5G/IMT-2020. Лицензия выдана Роскомнадзором и действует до 16 июля 2025 года. Предполагается, что первыми пользоваться сетью 5G начнут крупные предприятия и бизнес.

Но эксперты говорят, что массовый рынок выстроить на таком диапазоне не получится. Сигнал подобной сети прерывается, как только абонент оказывается вне зоны прямой видимости от базовой станции. Однако в требуемых частотах в диапазоне 3,4–3,8 ГГц уже работают средства силовых ведомств и спутниковых операторов.

В апреле Минкомсвязи предлагало передать частоты 694–790 МГц, которые используют телевещательные компании, под нужды 5G, а управление сетями разделить между операторами «Большой четверки». В ответ компании раскритиковали концепцию, заявив, что указанный в качестве альтернативы частотный диапазон 4,4–4,99 ГГц не может заменить частоты 3,4–3,8 ГГц. В мае Совет безопасности в очередной раз отказался передавать компаниям эти частоты.

maybe_elf

https://narzur.ru/rossijjskim-operatoram-razreshat-stroit-seti-5g-na-otechestvennom-oborudovanii-kotorogo-poka-net/

#ПрограммаСулакшина #СпастиРоссию #ПереустроитьРоссию #НравственноеГосударство #СулакшинПрав
НарЖурТВ, НарЖур, НарЖур ТВ, Народный Журналист, сайт народный журналист

(no subject)

ЦИФРОВАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ РОССИИ: МЕЧТЫ, БЕЗАЛАБЕРНОСТЬ И ОТКРОВЕННЫЙ ОБМАН

О том, как мы с «закладками» боремся

Цифровизация всего и вся — любимая тема российских властей. Достаточно вспомнить такие получившие большой резонансы документы, как «Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017 — 2030 годы» (указ Президента РФ от 9 мая 2017 г.) и национальная программа «Цифровая экономика Российской Федерации» (одна из главных программ, обозначенных в майском указе президента в 2018 году; утверждена 4 июня 2019 г.).
В рамках программы по цифровой экономике определены следующие проекты: «Нормативное регулирование цифровой среды», «Кадры для цифровой экономики, «Информационная инфраструктура», «Информационная безопасность», «Цифровые технологии», «Цифровое государственное управление». Наконец, нельзя не упомянуть закон, который обычно называют «О суверенном Рунете» (официально это пакет поправок в законы «О связи» и «Об информации»). Он вступил в силу 1 ноября 2019 года.
Во всех нормативных документах говорится о том, что цифровизация должна осуществляться с учетом обеспечения безопасности — государственной, бизнеса, личной жизни граждан России. Речь идет о защите от таких угроз, как кибервойна и кибер-атаки против России со стороны других государств (с целью выведения из строя систем государственного управления, блокировки работы предприятий, банковской системы, систем национальной обороны и др.); наблюдение (разведка) за страной, бизнесом и населением извне (через интернет, социальные сети и по другим каналам связи); воздействие извне на общественное мнение и политическую ситуацию внутри России и др.
По многим направлениям цифровизация ведется ударными темпами. Но вот по части информационной (цифровой) безопасности вопросов очень много. Ускоренная цифровизация страны при слабой цифровой обороне может обернуться очень серьезными потрясениями, даже катастрофой.
Взять, к примеру, тот же суверенный (автономный) рунет, который, как казалось многим, и должен обеспечить стране надежную «цифровую оборону». В наших СМИ комментировали закон о суверенном рунете следующим образом: будет создана система, похожая на китайскую систему независимого (автономного) интернета, получившую название «Золотой щит» (неофициальное название «Великий китайский файервол» — The Great Firewall of China).
Решение о создании такого независимого интернета было принято в Китае еще в 1997 году, а с 2003 года он был введен в эксплуатацию. Не вдаваясь в детали, отмечу, что благодаря такой системе Китаю удалось создать внутри страны информационное (цифровое) пространство, которое находилось под эффективным контролем со стороны национальной власти. А связь с внешним цифровым миром (интернетом) стала осуществляться через три «шлюза», оборудование которого размещено в Пекине, Шанхае и Гуанчжоу. Естественно, что контроль над трафиками, проходящими через указанные «шлюзы», находится под жестким контролем государства. Пекин таким образом лишил Вашингтон возможности вести кибервойну и кибер-разведку против Китая. Цифровая граница страны находится под надежным замком.
Вернусь к России. Согласно закону, автономный рунет должен быть введен в эксплуатацию в следующем году. Один из важных элементов проекта — создание информационной системы мониторинга и управления сетью связи общего пользования (поручено Роскомнадзору). Система уже должна была функционировать к началу лета этого года. В прошлом месяце Счетная палата обнародовала некоторые данные о том, как идет реализация проекта автономного рунета. Выяснилось, что из бюджета уже было выделено почти 600 млн руб. на создание информационной системы мониторинга, однако система в срок в эксплуатацию не была введена.
О том, что у нас в срок и в полном объеме ничего не выполняется и не вводится, мы, к сожалению, уже привыкли. Но история с реализацией проекта суверенного рунета еще более мрачная. Дело в том, что правительство до сих пор не очень понимает, что такое «автономный интернет». Наверное, с этим власти надо было бы разобраться еще до того, как закон о суверенном рунете был подан на подпись президенту РФ (подписан 1 мая прошлого года). Примечательна позиция по этому вопросу Минкомсвязи, отвечающего за выполнение закона. Замглавы министерства Олег Иванов заявил о высокой неопределенности в реализации проекта: мол, еще неизвестны архитектура и характеристики системы безопасности и устойчивости рунета.
Еще большее удивление вызывают некоторые заявления господина Дмитрия Медведева, бывшего премьера, а ныне заместителя председателя Совета безопасности. 12 августа он проводил совещание по вопросам интернета и информационной безопасности с участием министра связи и массовых коммуникаций Максута Шадаева, а также руководителей Федеральной службы безопасности (ФСБ). Начал Дмитрий Анатольевич, если так можно выразиться, за здравие, а закончил за упокой.
Нельзя не согласиться со следующим очевидным заявлением Медведева: «Вполне закономерно, что целый ряд стран, прежде всего, Соединенные Штаты Америки, стремятся использовать интернет как свою вотчину, как инструмент для обеспечения исключительно своих целей».
Дмитрий Анатольевич со знанием дела обратил внимание аудитории на то, что Америка полностью контролирует систему управления доменными именами, определения IP-адресов, что «Соединенные Штаты Америки намерены и дальше проводить свою политику в интернете» и резюмировал: «Если говорить прямо и просто, так быть не должно».
Опуская многие любопытные двусмысленности в выступлении Медведева, обращу внимание на ту фразу, которую я отношу к категории «за упокой». Вот она: «Мы исходим из того, что государство в целом должно иметь право самостоятельно управлять своим информационным пространством. Поскольку это один из признаков суверенитета. Соответствующую работу нам нужно проводить, но проводить её нужно, конечно, не внутри страны, нужно проводить на международном уровне» (курсив мой — В.К.).
Вот вам и автономный интернет! Мы-то думали, что у нас появится свой «цифровой щит» по аналогии с китайским «Золотым щитом»! Что Россия наконец-то выйдет из-под наблюдения дяди Сэма, освободится от западной пропаганды (навязываемой через Фейсбук, Гугл, Твиттер и др.), что будет создана надежная цифровая оборона от кибератак со стороны тех, кого Медведев в своем выступлении назвал «наши партнеры» (оговорка по Фрейду?).
Оказывается, что все намного проще и примитивнее. Мы должны быть готовы к тому, что Запад нас может отключить от мирового интернета. Для того, чтобы наказать или даже уничтожить. Суверенный рунет в понимании российской власти напоминает рытье окопов, в которых можно будет спрятаться и отсидеться, если против России будет проведена глобальная кибератака.
Если бы мы таким образом готовились к войне с Гитлером, то, думаю, война бы закончилась для Советского Союза в 24 часа. Естественно, полным поражением с последующим уничтожением населяющего его народа. Итак, по Медведеву, «рытье окопов» и международные переговоры о «вечном мире» в киберпространстве — магистральный путь обеспечения цифровой безопасности страны. Китайский опыт создания «Золотого щита» Дмитрий Анатольевич почему-то даже не упомянул.
Откровения Медведева по проекту «суверенного Рунета» не стоит рассматривать как оговорку или неточность. 8 июня министр Максут Шадаев заявил по поводу указанного проекта: «И в этом смысле технически заблокировать интернет практически невозможно. (…) Нет, часть сервисов может деградировать на какое-то время, но рубильника, который позволит нам отключить российский интернет от международного нет и не существует, и задачи по его созданию не стоит на уровне политического руководства страны».
Итак, мы «отключаться» не собираемся. Мы, оказывается, боимся такого «отключения» с той стороны. И занимаемся какой-то глупой рефлексией, какими-то превентивными мерами на случай «отлучения» России от мировой цифровой «цивилизации».
Впрочем, может быть, никакого отключения России от мирового интернета с той стороны и не будет. Зачем? Россия добровольно занимается тем, что осуществляет цифровое минирование своей территории и своего государства. При необходимости можно будет всю ее взорвать нажатием кнопки. Сигнал пойдет «оттуда» по каналам интернета и поразит все нужные противнику цели.
О цифровом минировании я уже писал. Под ним я понимаю широко распиаренную цифровизацию реального сектора экономики, денежно-кредитной системы, транспорта государственного управления, военной сферы, быта граждан России. Но проводилась и проводится такая цифровизация преимущественно с помощью импортного оборудования (hardware) и программного обеспечения (software).
Все это импортное добро напичкано разными «закладками» (аппаратными и программными), благодаря которым можно будет остановить работу предприятий, вырубить электричество в сетях, превратить оружие и военные системы в металлолом, спровоцировать аварийные ситуации на атомных электростанциях и т. п.
Прошлым летом, по сообщениям «Нью-Йорк Таймс», США пытались проводить кибератаки против российских электрических сетей, правда, они оказались неудачными для атакующих, российская электронная защита сработала. Справедливости ради, следует отметить, что иногда даже каналов интернета не надо для того, чтобы организовать цифровые пакости России. Например, несколько лет назад была заблокирована работа импортных компрессорных установок «Газпрома». Команда на остановку была послана из космоса, со спутника.
Я уже писал и об опасности, и о преступности проведения цифровизации страны на импортных технологиях. Напомню, что Росстат цифр, характеризующих импортную зависимость по информационным технологиям, не приводит. Имеются лишь экспертные оценки. Приведу некоторые.
Вот оценка о российском рынке электронных комплектующих в 2015 году: на отечественную продукцию пришлось 31,3%, а на импортную — 68,7% (Куликова Н. Современное состояние и перспективы развития электронной промышленности в России // «Теория и практика общественного развития». 2017, № 12 Отечественная Ассоциация разработчиков и производителей электроники (АРПЭ), ссылаясь на данные Минпромторга, отмечает, что доля отечественной компонентной базы в российской микроэлектронике в прошлом году составила лишь 20%, импорт был в четыре раза больше.
Председатель правительства Михаил Мишустин 25 марта нынешнего года в своем выступлении о задачах по развитию сферы IT-технологий отметил, что доля российской электроники в гражданском секторе достигает 30%, а в военном сегменте — 85%. Обратим внимание, что он употребил слово «достигает», т.е. речь идет о максимальных показателях. Каковы средние показатели, остается только догадываться. Но даже если в секторе производства военной продукции минимальная доля импорта равняется 15%, это недопустимо. В пределах этих 15% можно сделать очень много аппаратных и программных «закладок». А для нейтрализации российского оружия и военной техники достаточно одной лишь «закладки».
Я дал кое-какие цифры по «железу» (электронике). А вот картина по «софту» (программному обеспечению). По данным организации «Руссофт», в 2018 году компаниями по созданию программного обеспечения было произведено продукции на сумму 8,8 млрд долл. При этом на внутреннем рынке было реализовано ПО на 4,1 млрд., а на внешнем рынке — на 4,7 млрд долл.
В 2019 году экспорт ПО из России уже составил 8,25 млрд долл. И это при том, что по данным Ассоциации руководителей служб информационной безопасности (АРСИБ), в органах государственной власти 80% всего программного обеспечения приходится на импорт. Тут уже не спишешь импортную зависимость на то, что, мол, отечественная производственная база слаба (как в случае с электроникой). Тут имеет место откровенное игнорирование интересов национальной безопасности. Это уже не халатность и разгильдяйство, это государственное преступление.

P.S. Для сравнения опять обращусь к опыту Китая. Там в 2017 году был принят закон о кибербезопасности, который предусматривает, что все госучреждения и ключевые инфраструктурные операторы должны использовать «безопасные и контролируемые» технологии. Была проведена инвентаризация «железа» и «софта» иностранного происхождения и поставлена задача избавиться от него в кратчайшие сроки.
Весной прошлого года правительством была выпущена директива, получившая название программа «3−5-2». Она была секретной, но в декабре 2019 года произошла «утечка информации», и сведения о программе попали в мировые СМИ.
Это целевые показатели замещения импорта отечественным продуктом в сфере ИКТ. Предусмотрено, что в 2020 году государственные организации и учреждения заменят 30% зарубежного «железа» и «софта» на китайские. В 2021 году этот процент составит 50%, и оставшиеся 20% будут заменены в 2022 году.

Валентин Катасонов

https://narzur.ru/cifrovaja-bezopasnost-rossii-mechty-bezalabernost-i-otkrovennyjj-obman/

#ПрограммаСулакшина #СпастиРоссию #ПереустроитьРоссию #НравственноеГосударство #СулакшинПрав
НарЖурТВ, НарЖур, НарЖур ТВ, Народный Журналист, сайт народный журналист

(no subject)

ИЛОН МАСК ПОКАЗАЛ СВИНЬЮ С НЕЙРОИНТЕРФЕЙСОМ В МОЗГУ И РАСКРЫЛ СТОИМОСТЬ ЧИПИРОВАНИЯ ЛЮДЕЙ

Специалисты биотехнологического стартапа Neuralink успешно вживили беспроводной нейроинтерфейс в мозг свиньи, а затем извлекли устройство без вреда для животного. В будущем компания планирует имплантировать такие чипы людям, чтобы лечить паралич и болезнь Альцгеймера, рассказал основатель Neuralink Илон Маск в ходе онлайн-презентации, состоявшейся в пятницу, 28 августа.

«За последний год мы значительно упростили наши системы. Теперь они умещаются в чип размером меньше монеты, который можно полностью скрыть при имплантации. Он сольётся с костью черепа и будет невидимым снаружи, работая целый день без подзарядки», — заявил миллиардер.

Специалисты Neuralink имплантировали такой чип трём свиньям, а из мозга ещё одной устройство было успешно извлечено. По словам Маска, все животные «здоровы, счастливы и ничем не отличаются от обычных свиней».

В ходе презентации миллиардер показал одну из подопытных по кличке Гертруда, в мозге которой уже два месяца стоит имплант. Свинья начала есть и изменения в активности осязательных центров мозга животного отразились на экране компьютера в виде графика. Маск отметил, что чип имеет диаметр 23 миллиметра и представляет собой своеобразный «фитнес-трекер в черепе с маленькими проводками».

«Чип Neuralink мог бы быть у меня в мозгу прямо сейчас, а вы бы и не знали об этом. Может, он у меня уже есть», — пошутил предприниматель.

Маск заявил, что в будущем такие устройства позволят лечить паралич, болезнь Альцгеймера, деменцию и другие расстройства.

«В первую очередь мы попытаемся научить этих людей общаться с окружающими и управлять работой компьютера через нейроинтерфейс. В более отдалённой перспективе мы попытаемся полностью вернуть им подвижность, используя наши технологии для обхода повреждённой части позвоночника», — рассказал миллиардер.

Маск также подчеркнул, что на первом этапе вживление чипа людям будет стоить очень дорого, но со временем цена процедуры снизится до «нескольких тысяч долларов». При этом миллиардер ожидает, что клиенты смогут обновлять свои импланты по мере выхода новых моделей — для этого компания предусмотрит возможность извлечения и многократной замены устройств.

Сроки запуска испытаний на людях не раскрываются, хотя ранее Маск заявлял, что тестирование может начаться уже до конца 2020 года, отмечает Reuters.

Фото: кадр из видео / YouTube-канал Neuralink

Владимир Лещёв

https://narzur.ru/ilon-mask-pokazal-svinju-s-nejjrointerfejjsom-v-mozgu-i-raskryl-stoimost-chipirovanija-ljudejj/

#ПрограммаСулакшина #СпастиРоссию #ПереустроитьРоссию #НравственноеГосударство #СулакшинПрав
НарЖурТВ, НарЖур, НарЖур ТВ, Народный Журналист, сайт народный журналист

(no subject)

ЧТО НЕ ТАК В РОССИИ С «ЦИФРОЙ»

Мы можем снова оказаться на задворках технологического прогресса

Цифровизация экономики и бизнеса, общественной и личной жизни граждан, государственного управления и военной сферы стала высшим приоритетом российской власти. Под цифровизацией имеется в виду развитие и внедрение информационно-компьютерных технологий (ИКТ) в перечисленные выше сферы. Аргументом в пользу ускоренной цифровизации всего и вся стало то, что мы, мол, можем безнадежно отстать в цифровой гонке стран (особенно таких, как США и Китай), окончательно оказаться на обочине мирового прогресса.
Мол, передовые цифровые технологии сегодня являются залогом высокой эффективности бизнеса и всей экономики, успешного управления государством («умное» правительство), гарантией военного могущества государства и обеспечения его обороны (в том числе защиты от возможных кибервойн), действенным инструментом влияния страны на мировую политику (по каналам интернета и социальных сетей), средством обеспечения безопасной и комфортной жизни каждого человека («умные вещи», «умный дом», «цифровой банкинг», «электронная торговля» и другие цифровые сервисы), а также не знающего границ человеческого общения (интернет, социальные сети, мессенджеры и другие средства связи) и т. д. Слов нет, действительно цифровые технологии открывают большие возможности перед обществом. Но одновременно и порождают новые риски и угрозы.
Это, примерно, как открытие ядерной энергии (в 30-е годы прошлого века). Открытие, на первый взгляд, сулило человечеству «светлое будущее», поскольку атом мог стать неиссякаемым источником энергии, заменяющим уголь, нефть и другие традиционные источники. Однако человечество столкнулось с другой стороной этого научно-технического «чуда» — ядерным оружием, которое было применено в Хиросиме и Нагасаки в 1945 году. И даже сегодня, в 2020 году не произошло ожидавшегося чуда замещения ядерной энергией традиционных видов ископаемого топлива. Применительно к истории открытия атомной энергии и развития ядерных технологий вполне применима поговорка: «Благими намерениями дорога вымощена в ад».
Боюсь, что применительно к ИКТ указанная поговорка также может оказаться справедливой. Ее можно переиначить следующим образом: «Упованиями на цифровые технологии дорога вымощена в цифровой ад». Власти России форсируют цифровизацию страны уже в течение нескольких лет. Наиболее фундаментальными документами, рисующими грандиозные планы внедрения ИКТ в разные сферы нашей жизни, стали: «Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации на 2017−2030 годы» (утверждена указом президента РФ от 9 мая 2017 г.) и Национальная программа «Цифровая экономика Российской Федерации» (определена майским указом Президента в 2018 году). Количество законов и подзаконных актов, относящихся к цифровой теме, не поддается учету. Можно только отметить, что с приходом в кресло премьер-министра М. Мишустина (который считается большим знатоком цифровых технологий) цифровая активность правительства усилилась.
Меня, однако, цифровая активность власти последних лет совсем не радует. По очень простой причине: все проекты реализуются преимущественно на основе импортных технологий — как иностранного программного обеспечения (ПО), так и иностранного «железа» (микроэлектроники, компьютеров, процессоров, коммуникационного оборудования и т. п.). Я не специалист в области цифровых технологий, но мне кажется, что то, что делает власть в сфере массового внедрения ИКТ в разные сферы жизни России, напоминает диверсию в особо крупных масштабах.
Под государственное управление, оборону, промышленность, транспорт, другие отрасли экономики закладываются мины, которые могут взорваться одним нажатием кнопки. Причем эта кнопка может находиться за тысячи километров от России. Моя уверенность в опасениях подобного рода лишь усилилась, когда, углубившись в изучение данного вопроса, я узнал, что такие же опасения испытывают и специалисты, больше меня понимающие в «цифре» (выступления таких экспертов в СМИ, мои личные беседы с ними и др.).
С самого начала был нарушен единственно безопасный алгоритм решения задач по внедрению ИКТ в российскую жизнь: сначала надо создать собственное производство продукции, называемой software (программное обеспечение) и hardware («железо»), — тех «кирпичей», из которых можно строить здание «цифрового общества». А уже затем начинать выстраивать здание «цифровой России» с помощью отечественных «кирпичей». А также при необходимости произвести замену иностранных «кирпичей» в тех «постройках», которые были сооружены ранее.
Обращу внимание на то, что задача производства собственных «кирпичей» для строительства здания «цифровой России» формулировалась властями неоднократно. Но никаких практических последствий подобные заявления не имели.
Наиболее конкретно и жестко задача перехода от импортных «кирпичей» на отечественные была поставлена в 2014 году. Тогда Вашингтон и его союзники запустили экономические санкции против нашей страны. Властью в этой связи были поставлены задачи импортозамещения по таким ключевым направлениям, как сельское хозяйство, производство продуктов питания, машиностроение и другие отрасли промышленности.
В 2015 году Минпромторгом, Минкомсвязью, Минтрансом и Минэнерго России было разработано 20 отраслевых программ импортозамещения в разных отраслях промышленности. Особое внимание было уделено импортозамещению вычислительной техники и микроэлектроники (то, что я назвал «кирпичами» в виде «железа» ИКТ).
Некоторые успехи в импортозамещении были зафиксированы по сельскому хозяйству и продовольственным товарам, по ряду отраслей промышленности. Но что касается вычислительной техники и микроэлектроники (ВТМЭ), то здесь, судя по всему, ничего позитивного зафиксировано не было.
Росстату было дано задание создать на своем сайте раздел под названием «Импортозамещение», который должен содержать показатели, демонстрирующие достижения страны в замещении иностранной продукции отечественной. На сегодняшний день на сайте Росстата в разделе «Импортозамещение» есть лишь кое-какие цифры по сельскому хозяйству и продукции пищевой промышленности. Но нет ничего по другим отраслям промышленности и уж, тем более, по товарной группе ВТМЭ.
Единственный случай обнародования конкретного обобщенного показателя «успехов» российской промышленности в деле импортозамещения по ВТМЭ я зафиксировал в интервью директора департамента радиоэлектронной промышленности Минпромторга России Василия Шпака, опубликованном 21 мая этого года на сайте TAdviser. Этот чиновник сетует на то, что при проведении государственных закупок до сих пор не ведется статистический учет того, какая часть приходится на отечественные, а какая на импортные товары. Тем не менее, по его приблизительным данным, в государственных закупках продукции, относящейся к группе ИКТ (информационно-компьютерные технологии) на импорт приходится 78%, а на отечественную продукцию — 22%. В абсолютном выражении стоимость закупленного за последний год отечественного продукта он оценил в 200 млрд руб. Объем импорта за год составил более 700 млрд руб. В валютном эквиваленте это более 11 миллиардов долларов. Вот на такую сумму государство закупило импортных «кирпичей» для строительства «цифрового рая» в России. Часть продукции ИКТ, закупаемой государством, числится как «отечественная», но на деле это оказывается лукавством, если не прямым обманом. Так называемые «российские» компьютеры, процессоры и другие изделия «железа» ИКТ можно сравнить с продукцией «отверточного» производства. Большинство продукции ИКТ базируется на импортных микросхемах. Оборудование с начинкой из таких микросхем оказывается чувствительным к кибератакам, равно как и к прекращению поставок микросхем. Уже не приходится говорить о том, что в таких микросхемах могут содержаться «сюрпризы» в виде «закладок», позволяющих не только выводить из строя оборудование, но и незаметно считывать информацию. Председатель совета Ассоциации производителей электронной аппаратуры и приборов Светлана Аполлонова считает, что в случае блокады в части, касающейся микросхем, производство многих видов электронного оборудования в России почти полностью остановится. Прошло пять с половиной лет с того момента, когда правительство РФ анонсировало масштабную программу импортозамещения. И вот, наконец, в конце декабря прошлого года, буквально за месяц до своей отставки премьер-министр Дмитрий Медведев подписал постановление, запрещающее закупки зарубежных систем хранения данных (СХД) для государственных и муниципальных нужд в течение двух лет. Приобретать можно будет только тех СХД, которые включены в единый реестр радиоэлектронной продукции (утвержденный правительством список российских аналогов).
Спрашивается: а почему нельзя было раньше принять решение по СХД — весьма чувствительному виду продукции электроники? По оценкам Минпромторга, в 2017—2019 годах государственные и муниципальные заказчики закупили более 3,6 млн. запоминающих устройств и устройств хранения данных. Доля продукции российского производства составила 32%. Значит, более 2/3 всех кирпичей, на которых написано «СХД» и которые использовались для строительства российского «цифрового рая», были «заморскими»? Правильнее их называть не «кирпичами», а «минами». Также остается загадкой: а почему запрет на закупки СХД был установлен только на 2020−21 гг. После этого опять можно будет вернуться к импорту? Уже упоминавшийся выше чиновник Минпрома Василий Шпак (как и полагается всякому российскому чиновнику) продемонстрировал оптимизм относительно того, что, наконец-то на отечественном рынке ИКТ начнется импортозамещение. Он выразил надежду, к 2024 году доля российских изделий в общем объеме государственных закупок продукции ИКТ вырастет с 22% до 65%.
При этом он сделал важное признание: главные проблемы лежат не в сфере производства такой продукции, они находятся на стороне тех, кто создает спрос на продукцию, т.е. на государственных заказчиках. Как признал чиновник, отечественная отрасль по производству электроники и других продуктов ИКТ в настоящее время «недогружена».
10 июня этого года президент В. Путин провел совещание по проблемам связи и IT-индустрии, в котором приняли участие представители профильных ведомств и крупнейших компаний отрасли. На нем выступали глава НП «Руссофт» Валентин Макаров, основатель «1С» Борис Нуралиев, гендиректор Mail.ru Group Борис Добродеев, президент «Ростелекома» Михаил Осеевский, председатель правления Ассоциации разработчиков программных продуктов (АРПП) «Отечественный софт» Наталья Касперская, глава Минкомсвязи Максут Шадаев и другие.
На совещании в очередной раз говорилось о срочной необходимости импортозамещения на российском рынке продуктов ИКТ. Как выяснилось, не менее остро такая задача стоит не только по «железу» (оборудованию и комплектующим), но также по софту (программному обеспечению). Импортная зависимость по софту тем более выглядит неприлично и подозрительно, что Россия, как сказал Валентин Макаров, становится важным поставщиком на мировом рынке программного обеспечения. В 2019 г., по предварительным данным, объем продаж компаний — производителей софта вырос на 12%, до 11 млрд. долларов, в том числе прямой экспорт из России составил около 7 млрд. долларов. Получается, что российские производители софта оказались развернутыми на внешний, а не на внутренний рынок. Русский софт — «новая нефть» страны. Так прокомментировали перспективы отрасли на совещании. Примечательно, что еще в 2015 году было принято решение о том, что органы государственной власти должны прекратить закупки иностранного софта, перейдя полностью на отечественный. Но еще более крупными закупщиками программного обеспечения, оказывается, являются российские госкорпорации. Им было дано указание готовиться к переходу на отечественный софт. Но и на сегодняшний день никакого постановления, запрещающего закупки импортного софта для них нет. По горячим следам проведенного совещания Государственная Дума 22 июля приняла закон о налоговом маневре в ИТ-отрасли. Согласно ему, с 2021 года налог на прибыль российских технологических компаний будет снижен с 20% до 3%, а ставка страховых взносов — с 14% до 7,6%. В Пенсионный фонд будет отчисляться 6%, 1,5% в соцстрах и 0,1% в бюджет ОМС. Новая льгота по страховым взносам будет бессрочной. Речь идет о десятках миллиардов рублей высвободившихся средств, которые ИТ-компании смогут направить на свое развитие. Конечно, указанный налоговый маневр наверняка повысит конкурентоспособность российских компаний ИТ-отрасли.
Кстати, на упомянутом совещании 10 июня многие участники почему-то говорили о необходимости более активного выхода российских ИТ-компаний на внешний рынок. И это настораживает. С моей точки зрения, намного более актуальной является задача не наступления, а обороны, т.е. проведения полноценного импортозамещения на внутреннем рынке продуктов ИКТ. Если налоговый маневр российскими ИТ-компаниями будет использован для активизации на внешних рынках, а не на внутреннем, то смертельно опасный процесс цифрового минирования страны продолжится.

Валентин Катасонов

https://narzur.ru/chto-ne-tak-v-rossii-s-cifrojj/

#ПрограммаСулакшина #СпастиРоссию #ПереустроитьРоссию #НравственноеГосударство #СулакшинПрав
НарЖурТВ, НарЖур, НарЖур ТВ, Народный Журналист, сайт народный журналист

(no subject)

ПАДЕНИЕ ДИВИДЕНДОВ В 2020 ГОДУ СТАНЕТ СИЛЬНЕЙШИМ ЗА 10 ЛЕТ

Крупные компании в 2020 году могут сократить дивиденды на 23%, оценили аналитики компании Janus Henderson. Падение станет сильнейшим за 10 лет.

Во втором квартале мировые выплаты дивидендов упали с $490 млрд до $382 млрд. При пересчёте в годовом выражении снижение составляет 22%, отметили эксперты. Дивиденды сокращают компании по всему миру, к такому решению пришли уже 27% фирм.

Хуже всего ситуация в Европе и Великобритании — выплаты сократили более половины компаний. Сумма выплаченных в Европе дивидендов в апреле — июне упала на 45%, до $77 млрд. Относительно хорошо себя чувствуют технологические и медицинские компании. В первом случае дивиденды выросли на 1,8%, во втором — на 0,1%.

Рейтинг плательщиков дивидендов по-прежнему возглавляет Nestle. Однако из-за изменений в топ-10 впервые попали американские технологические гиганты Microsoft и Apple.

По оценкам Janus Henderson, в лучшем случае глобальные выплаты дивидендов в 2020 году могут сократиться на 17% до $1,18 трлн. Падение на 23% — это самый пессимистичный прогноз.

Фото: Alpha Stock Images, CC BY-SA 3.0

Артур Иванов

https://narzur.ru/padenie-dividendov-v-2020-godu-stanet-silnejjshim-za-10-let/

#ПрограммаСулакшина #СпастиРоссию #ПереустроитьРоссию #НравственноеГосударство #СулакшинПрав